?

Log in

No account? Create an account
 
 
12 May 2019 @ 12:46 pm
предел и беспредельность  

Порой просто оторопь берет – как же рядом с тринитарным учением ходит античный греческий язычник:

Давайте вслед за рассуждением о первом <начале> рассмотрим, каковы те два начала божественных устроений, которые идут за ним; в самом деле, как и в отеческой теологии, Платон после единого располагает два начала.

Итак, в «Филебе» Сократ говорит, что, стало быть, бог – это тот, кто гипостазировал предел и беспредельность и, смешав их, произвел на свет все сущие, поскольку, согласно Филолаю, природа сущих сплетена из ограничивающих и беспредельных предметов.

Стало быть, если сущие состоят именно из таких предметов, то ясно, что последние гипостазируются прежде сущих, и если последующее причастно их смешению, то сами они идут впереди всего, не будучи смешанными между собой.


Это Прокл, живущий в V веке и переосмысляющий наследие Платона. Презирающий христианство и, по неведению, проповедующий его.

Рядом с ним живут люди, говорящие о первом начале и двух из него. У второго начала имя прямо синоним слова «граница» – λογος. У третьего начала имя «беспредельного» ветра.

А он их не замечает. О чем он думал? Неужели помешало «оппозиционерство» – вот вы, провластные и обласканные, а вот мы униженные и оскорбленные? Ума у него было как будто достоточно, чтобы разделять религию и доброхотов, оказывающих ей медвежью услугу.

Ведь можно было вести диалог – совпадающих точек зрения, схожих мнений достаточно для него. Но в итоге игнор. И со стороны христианских учителей, кстати, тоже. Не замечают друг друга. Только у Евесевия Кесарийского встречал, кажется, в «подготовительных беседах», попытки анализа платонизма и соотнесения его с христианством. Тот диалог мог бы изменить многое, даже – а почему «даже» – особенно в нашей жизни. Решающий помехой, видимо, все же стала политизация.

 
 
 
vyacheslav_fv on May 13th, 2019 10:22 am (UTC)
Мч. Иустин Философ: “И Платон, говоря, что «вина в человеке избирающем, а Бог не виновен», заимствовал это от пророка Моисея. Ибо Моисей древнее всех греческих писателей. Да и во всем, что философы и поэты говорили о бессмертии души, о наказаниях по смерти, о созерцании небесного и о подобных предметах, пользовались они от пророков, – через них могли они понять и излагать это. Поэтому у всех, кажется, есть семена истины: но они не точно выразумели их, – в чем обличаются тем, что они сами себе противоречат.” (1-ая апология, 44)

Свт. Григорий Палама: "Так и мы, слыша благочестивые речи от эллинов, их самих ни благочестивыми не считаем, ни к учителям не причисляем, потому что хоть нам известно, что все это они взяли от нас – недаром кто-то из них сказал о Платоне: «Кто есть Платон, как не аттический Моисей?», – хоть нам, говорю, известно, что если у них есть что-то хорошее, то они понаслышке подхватили это у нас, однако, присмотревшись, мы догадываемся, что они поняли все не в том же смысле. И даже если кто из Отцов говорит то же, что внешние философы, совпадение только в словах, в смысле же разница велика: у одних, по Павлу, «ум Христов» (1Кор.2:16), а другие вещают от человеческого рассудка, если не хуже. «Насколько небо далеко от земли, настолько мысль Моя далека от мыслей ваших», говорит Господь (Ис.55:9). Да если бы даже эти философы в чем-то и совпали с Моисеем, Соломоном и теми, кто им верен, то что бы выгадали? Кто из нас, имея здравый ум, скажет, что они научились этому от Бога, когда даже еретиков, соблазнившихся после Христа, никто не назовет учениками Бога за то, что они извратили не всю узнанную от Церкви истину? […]

Скажу, чуточку прибавив к словам пророка: "боги, которые не сотворили небо и землю из ничего, да сгинут" (Иер.10:11), а с ними и придумавшие их теологи. Что же сказать в отношении людей, которые уверяют, будто эти теологи единогласны с нашими богословами или даже учители наших, и думают, что от них были переняты главные богословские выражения? Разве что просить у "Света, просвещающего всякого человека, приходящего в мир", их тоже избавить от страшного мрака незнания и просветить для понимания того, что от змей нам тоже есть польза, но только надо убить их, рассечь, приготовить из них снадобье и тогда уж применять с разумом против их собственных укусов." (Триады в защиту священно-безмолвствующих, I.1.11)